Сегодня ночью они просятся на свободу. Ты когда-нибудь думала о настоящей свободе?
Что, как ты там, маленькая моя подружка? Читаешь модную нынче книжечку Оруэлла, или, может быть, Брэдбери? А ты посмотри за окно, пройди чуть больше кварталов, чем обычно тебе требуется, чтобы дойти до остановки и сесть на автобус до работы; сделай это с ОТКРЫТЫМИ глазами. Теперь вернись ко мне назад, я покажу тебе на карте вот эту часть городской агломерации. Вот же он, он здесь: Лос-Сантос — настолько же гнилой и не идеальный мир, как и все миры из антиутопий. Деления людей по кастам, ограничения, беспорядочный секс и наркотики уже въелись в глотки большей части населения, для каждого человека в этом мире своя участь и свои ограничения. Лишь небольшая крупица людей из множества осознаёт всё. Ведь большинство людей разного достатка и социального статуса свыклись со своей участью и живут на самотек. Но из каждой группы людей есть "дикари", которые выбиваются из рутины и тщетности бытья и начинают стремиться выбраться из дерьма в котором они погрязли. Обстановка на улицах обостряется, безработица растёт как и цены на топливо, зарплаты падают, каждый уличный гангстер готов пролить кровь чтобы выжить. Уличная преступность на данный момент не является новым явлением. Преступность в Лос-Сантосе менялась с течением времени, достигнув пика между 1970-ми и 1990-ми годами. С начала 2020-х годов преступность в Лос-Сантосе, как и в других частях Соединенных Штатов, вновь возросла. В 2012 году Департамент полиции Лос-Сантоса сообщил, что уровень преступности в городе снижается 10-й год подряд. В 2013 году в Лос-Сантосе было зарегистрировано 296 убийств в самом городе, что соответствует показателю 6,3 на 100 000 населения - заметное снижение по сравнению с 1980 годом, когда за весь год было зарегистрировано 34,2 убийства на 100 000 населения. В 2014 году было зарегистрировано 260 убийств, что составляет 6,7 на 100 000 человек. В 2015 году выяснилось, что полиция Лос-Сантосав течение восьми лет занижала показатели преступности, из-за чего уровень преступности в городе казался намного ниже, чем есть на самом деле. Примерно 14 000 нападений остались незарегистрированными как "мелкие правонарушения", а не насильственные преступления. Кроме того, в последние годы наблюдается рост преступности во все более облагороженном центре города. Одним из основных факторов, способствующих увеличению уличных убийств и насилия - никто не знает, возможен ли заговор.
В каждом, даже самом кровожадном убийце есть или было что-то, что искореняло его и заставляло посмотреть на него со стороны, как на очередное посмешище, не имеющее за собой никакого будущего, кроме обвязанной верёвки в морской узел вокруг шеи или же выбритой макушки, вместе с которой ты садишься на стул с заклеенными глазами и на твою голову надевает шлем, внутри которого губка, обеспечивающая минимальное электро-сопротивление, дабы мучения были минимальные, а смерть быстро приходящей. У молодой крови всегда есть шанс прийти к лучшему исходу, однако сделав это не совершив ошибки, а то и ошибок - практически невозможно и неописуемо. Вникать в банду и жить ею, жить самой бандой, быть с ней и прыгать в неё с головой означает совершить ошибку, и идя за исправлением своих собственных ошибок, наработанными годами, о которых ты думаешь только сейчас также означает убить, либо быть убитым. В попытке убийства ты совершаешь подлый и непростительный самим Иисусом ход, который уже зачеркнул тебя из списка убийц, идущих на исправление. Подобно хладнокровному убийце ты забываешь о человечности своих действий, это была последняя капля в чашу твоих ошибок, которая уже перевешена. Ярлык убийцы снять можно, а сдёрнуть личность убийцы с человека, проникнуть в его разум и скинуть силуэт, под которым стоит сущая падаль с орудиями убийств нельзя. Эта простая закономерность и криминальная правда, которую почему-то не хотят воспринимать всерьёз. Все мы живём на неизвестной нами почве, корни которой воспринимают это, как испытание и уже сюда впихивается наш характер и отношение к улицам и насколько мы погружены в лагуну, культуру востока. Люди становятся бандитами с металлическими подстреленными жетонами, чьи действия не знают предела. Только они понимают, насколько их действия правильные и какой эффект они приносят для работы.
Я бы никогда не подумал, что в такой испорченной и пропитой гневом истории получится что-либо, что покажется для людей настоящим уроком, совете, который не отнять из жизни и не описать на бумаге красными чернилами. На прерывающихся строчках самого настоящего гротеска и пролитые слёзы, в которых видна настоящая личность каждого убийцы стоящего на двух ногах и под каждой из них два моста, которые сделаны из совершенно разного материала, а репутация каждого из двух мостов своеобразно будет прививаться к человеку, который совершит незамысловатый выбор и пойдёт по выбранному пути. В каждом, даже самом кровожадном убийце есть или было что-то, что искореняло его и заставляло посмотреть на него со стороны, как на очередное посмешище, не имеющее за собой никакого будущего, кроме обвязанной верёвки в морской узел вокруг шеи или же выбритая макушка вместе с которой ты садишься на стул с заклеенными глазами и на твою голову надевает шлем, внутри которого губка, обеспечивающая минимальное электро-сопротивление, дабы мучения были минимальные, а смерть быстро приходящей. Работа стала самым настоящим наркотиком, на который подсесть можно было только добровольно и при попытке убрать его из жизни разум становится непослушным. "Он" применит любые действующие методы, человечность которых зависит от протяжённости ломки.
В Лос-Сантосе, внутри департамента шерифа, существуют группы офицеров, которые образуют своеобразные банды. Эти объединения, хотя и действуют в рамках закона, характеризуются определенными внутренними правилами, символами и иногда агрессивной культурой. Такие группы, стали предметом внимания общественности и правозащитников. Их действия часто ставят под сомнение принципы честности и справедливости, которые должны быть основой работы правоохранительных органов. Эти банды формируются невидимо для большинства граждан, но их влияние проникает в ежедневную работу шерифов. Офицеры, входящие в такие группы, могут обмениваться привилегиями, поддерживать друг друга в сложных ситуациях и действовать по своему усмотрению, отступая от стандартных процедур. Это создает атмосферу безнаказанности и порой ведет к преувеличению применения силы. Несмотря на множество обещаний реформ, ситуация внутри департамента шерифа Лос-Сантоса продолжает вызывать опасения. Такие группы, создают внутренние иерархии, награждая себя символами, которые можно считать своеобразными трофеями. Эти символы и ритуалы укрепляют чувство принадлежности, но одновременно формируют изолированные «касты», что затрудняет взаимодействие с другими офицерами и снижает уровень прозрачности в работе департамента. Многие офицеры, которые не являются членами подобных групп, ощущают давление и страх перед репрессиями, если они пытаются выступить против нарушений. Это приводит к укреплению культуры молчания, где даже явные нарушения могут оставаться без внимания. Правозащитники и местные активисты поднимают тревогу, поскольку такие внутренние «банды» нивелируют труд, направленный на укрепление доверия между обществом и правоохранительными органами.
В департаменте шерифа округа Лос-Сантос насчитывается по меньшей мере 24 банды. Должностные лица различных правительственных учреждений, включая наблюдательный совет округа Лос-Сантос, окружного прокурора округа Лос-Сантоса, подкомитет Сената Сан-Андреас по вопросам поведения сотрудников полиции и Комиссию Соединенных Штатов по гражданским правам, заслушивали свидетельские показания о насилии, которому на протяжении десятилетий подвергались общины со стороны банд помощников шерифа. Банды помощников шерифа убили по меньшей мере 40 человек, все из которых были цветными мужчинами. По меньшей мере у 10 из них были психические заболевания. В округе Лос-Сантоса хранится список судебных исков, связанных с бандами помощников Шерифа. Судебные разбирательства, связанные с этими делами, обошлись округу чуть более чем в 100 миллионов долларов за последние 30 лет.
Согласно статье 186.22 Уголовного кодекса Калифорнии, преступной группировкой считается любая организация или группа из трех (3) или более человек, которая иимеет общее название или опознавательный знак или символ, одним из основных видов деятельности которой является совершение одного из длинного списка калифорнийских уголовных преступлений, и члены которой участвовали в «преступной деятельности банды»... по отдельности или вместе.
Несмотря на запросы, Департамент шерифа округа Лос-Сантоса не предоставил Knock LA комментариев для этой серии.
Департамент шерифа округа Лос-Сантоса на протяжении последних 50 лет поддерживает культуру банд помощников шерифа. Хотя названия изменились, все эти группировки участвуют в систематическом терроризировании населения, которому они поклялись служить и защищать. Джон Суини, адвокат по гражданским правам, который уже 40 лет практикует в районе Лос-Сантоса, говорит, что ситуация в департаменте продолжает ухудшаться. «Только за последние 15 лет количество полицейских расстрелов возросло. Особенно в районе Южного командования, где находятся станции Комптон, Сенчури, Южный Лос-Сантос и Восточный Лос-Сантос. Они печально известны появлением этих банд и нарушением гражданских прав граждан».
По крайней мере с 2016 года по улицам Комптона рыскает банда заместителей шерифа под названием «Палачи». WitnessLA сообщает, что «Палачи» были основаны бывшим «Мальчиком 2000» Энди Туном, который, судя по всему, больше не работает в участке Комптона. У каждого из членов группы есть татуировка в виде скелета в нацистской каске, украшенной буквами CPT. Скелет держит винтовку с римской цифрой 28, окруженную пламенем. Суини говорит, что эксперт по татуировкам засвидетельствовал, что рисунок, похоже, сделан по трафарету. У «Палачей» есть этот символ, у Jump Out Boys есть этот символ, и у нескольких других людей есть этот символ, который представляет собой скелет, символ смерти».
«Они — рак»:' В отчете говорится, что банды помощников все еще действуют в департаменте шерифа округа Лос-Сантос.
В отчете также указано, что новые депутатские клики формируются по мере того, как члены существующих групп уходят в отставку или иным образом покидают департамент шерифа. Есть основания полагать, что банды теперь вновь появляются в Центральной мужской тюрьме после многолетних усилий по искоренению проблемы чрезмерного применения силы за решеткой, обнаружил специальный прокурор.
«Вопреки заявлениям предыдущего шерифа, банды помощников существуют и действуют в департаменте, как и последние 50 лет. Они — рак», — сказала она.
В декабре шериф принял политику против «группировок помощников», стремясь наказать помощников, которые присоединяются и формируют такие группы, которые совершают неправомерные действия.
В этом заявлении говорилось: «Само существование кредо «Jump Out Boys» и его риторики подрывают цели департамента».
Однако некоторые говорят, что департамент шерифа на самом деле не проявлял активности в достижении этой цели.
Одним из наиболее известных примеров банд такого типа является клика помощников шерифа Лос-Сантоса (LSSD). LSSD обвиняют в наличии в департаменте нескольких клик. Эти группы часто называют «бандами со значками», поскольку они ведут себя как преступные группировки, занимаясь незаконной деятельностью и защищая своих членов любой ценой. Клики из числа помощников часто идентифицируются по татуировкам, которые делают их члены и которые символизируют их лояльность к группе. О существовании этих банд помощников шерифа было широко известно уже много лет, но лишь недавно их преступная деятельность была раскрыта. В 2018 году федеральное большое жюри предъявило 20 членам клики «Бандитос» обвинения, включая нападение, дачу ложных показаний и воспрепятствование осуществлению правосудия. Бандитос, действовавшие на станции LSSD в восточном Лос-Анджелесе, были обвинены в нападении на коллег-помощников, которые отказались присоединиться к клике, а также в препятствовании расследованию ФБР их деятельности.
«Бандитос» были не единственной бандой помощников шерифа, действовавшей в составе LSSD. В 2019 году выяснилось, что группировка «Палачи» действовала на территории Комптонского участка ведомства. Палачей обвинили в применении чрезмерной силы, фальсификации отчетов и запугивании коллег-помощников. Клика также была связана с несколькими подозрительными перестрелками в этом районе. Существование этих группировок вызывает серьезные опасения по поводу добросовестности правоохранительных органов. Полицейские должны служить и защищать общество, а не сами заниматься преступным поведением. Когда сотрудники правоохранительных органов занимаются преступной деятельностью, это подрывает доверие общества ко всему институту. LSSD предприняло шаги для решения проблемы клик внутри департамента. В 2020 году департамент объявил о новой политике, которая запрещает помощникам создавать или участвовать в любых группах, пропагандирующих дискриминацию, преследование или дедовщину. Политика также требует от помощникам сообщать о любых нарушениях, свидетелями которых они становятся.
Однако реакция LSSD на этот вопрос была раскритикована некоторыми как неадекватная. Критики утверждают, что ведомству необходимо сделать больше для привлечения к ответственности членов клики, совершивших преступное поведение. Они также утверждают, что LSSD необходимо предпринять шаги по изменению культуры внутри департамента, которая позволяла этим группировкам действовать так долго.
В заключение отметим, что существование группировок внутри LSSD является тревожным примером феномена «банд со значками». Эти группы, которые ведут себя как преступные группировки и занимаются незаконной деятельностью, подрывают доверие общества к правоохранительным органам и ставят под угрозу целостность системы уголовного правосудия. Усилия LSSD по решению этой проблемы являются шагом в правильном направлении, но необходимо сделать больше, чтобы привлечь к ответственности тех, кто занимается преступным поведением, и изменить культуру внутри департамента, которая позволяла этим бандам действовать так долго.
